Время отдыхать в Дагестане!

“ Пять тысяч лет Дербенту или только две? Каким бы ни был ответ, но причина поехать в Дагестан точно есть. «Ты едешь в Махачкалу? А там не опасно?» — беспокоились близкие. Это и понятно: после драматических событий начала нулевых в прессе о Дагестане уже который год или плохо, или вообще ничего. Антитеррористические операции, коррупционные мэры, драки с фанатами на Манежной площади в Москве, «стреляющие...”

“В Махачкале, да и вообще в Дагестане я уже бывал несколько раз – как и мои попутчики, Игорь Лысенков и Алексей Кулешов. Но тут, в этот приезд, за три неполных дня, мы более углублённо посмотрели город, благодаря гостеприимному местному жителю Багдату, и побывали во многих районах столицы. Именно так – «столица», «гости столицы» — и подразумевается Махачкала в местных объявлениях и вывесках, что москвичей...”

“Восхождение на г. Шалбуздаг (4142 м.) было одним из моих запланированных мероприятий в Дагестане. Эта гора считается священной для местного населения и является, наверное, самым популярным местом для паломников в этом регионе. Вид на г. Шалбуздаг и на аул Мискинджа. От этого аула нам предстояло преодолеть 23 километра верх по грунтовой дороге к местной святыне «Эренлер», которая находится под самой...”

“Лена Родина родилась и выросла в Казани, работала журналистом в журналах «Огонек» и Esquire в Москве, изучала современную испанскую культуру и кино в Малаге (Испания). Сейчас она живет в американском Чикаго, где преподает журналистику в вузе и пишет диссертацию о Северном Кавказе. В этом тексте она описала свои впечатления от первого визита в Дагестан, где она прожила один месяц лета. В калейдоскопическом...”

“Привет, друг! Из северного и снежного Мурманска вернемся вновь в летний зеленый Дагестан, откуда у меня будет последний пост, так сказать, козырь в рукаве! Эпичнейшее место — заброшенное село Гамсутль, в котором еще недавно жил один (!) человек, но и тот уже покинул пределы живых, отправившись в мир мертвых. Гамсутль в переводе на русский означает «Крепость царя», и крепости этой, по некоторым подсчетам...”

“На дорожку Напоследок перед отъездом я стер из мобильника все телефоны (жены, мамы, брата, места работы, всех вообще близких людей), потом снял со связки ключ от квартиры, где я прописан, чтобы, если меня «возьмут» с паспортом (кто «возьмет»? Этого я не знаю. Кто бы ни взял. Вдруг.), они не получили бы вместе с адресом квартиры сразу и ключ, которым она отпирается. Вот опять: они. Кто они? Опять не знаю. Но думаю,...”